Азербайджан, история одной любви
В связи с поиском информации по переписке Толстого с представителями Ислама, наткнулся на историю про Азербайджан.

Память:
"Азербайджанскую интеллигенцию во все времена характеризовали великодушие и благородство, доброта и самоотверженность, внутренняя и внешняя красота. Сегодня мы по возможности восстанавливаем и уточняем ход истории, вновь и вновь открываем для себя национальный мир, его "белые пятна" и людей, в действительности составляющих силу и цвет азербайджанской нации"

"Векиловы - древний аристократический род агаларов из Газаха, чей вклад в национальное достояние республики поистине бесценен. Каждый представитель этой удивительной династии по-своему уникален и самобытен. Это личности, в котоpых жизнь собственная и судьба Родины слиты воедино и воплощены в великом деле - служении своему народу. Ведь каждый подлинный интеллигент - по духу и кpови - в первую очередь освящен, а быть может, отягощен понятиями долга, чести, патpиотизма. Вместе с тем судьба многочисленного рода Векиловых, за редким исключением, складывалась одновременно драматично и закономерно."

Лев Толстой и азербайжданцы. Про семью Векиловых, история любви православной и мусульманина:



"За заслуги перед Родиной Ибрагим ага Векилов награждается орденами Станислава, Анны, Владимира четвертой степени. Однако личная жизнь Ибрагима складывается с большими сложностями. Несмотря на все его заслуги по службе, ему отказывают в разрешении вступить в официальный брак с полюбившейся ему русской девушкой. По законам времен царствования Александра III, в России брак мог быть заключен только между единоверцами Ибрагим не мог решиться на такой шаг. В этом случае от него отвернулись бы его родственники. Не лучше обстояло дело в семье Елены Ефимовны Ермоловой, дочери мелкого чиновника. Родители резко осуждали выбор дочери и грозили отлучением от семьи в случае перехода ее в мусульманскую веру. Отчаявшись. Векилов обратился с письмом к обер-прокурору Святейшего синода, первому советнику Александра III К.П. Победоносцеву. В ответ Векилову предписывалось не только не сметь думать о женитьбе на православной, но была обещана перспектива лишения родительских прав при рождении детей. В 1884 году Векилов увозит Елену Ефимовну в Туркестан. Жизнь двух любящих омрачает невозможность узаконить свой брак. В семье уже растут двое сыновей. Неожиданно в 1891 году Векилова командируют в Константинополь, в распоряжение военного апаше при русском посольстве. В Константинополе Векилов обращается за помощью к болгарскому православному священнику Георгию Мисарову, который венчает их в церкви и выдает соответствующий документ. В это время старшему сыну Борису уже 7 лет, младшему Глебу - 6. Через три года, вернувшись в Россию, Векилов возобновил ходатайство об официальном признании их брака. На этот раз он подал прошение на высочайшее имя императора Александра III. В 1894 году Александр III, принимая во внимание важность работ, выполненных майором Векиловым за границей, приказал, в виде исключения, «не в пример прочим», узаконить брак.

Наступили годы полного семейного счастья. Казалось, ничто более не омрачит жизнь, но в стране нарастало брожение в умах, что не могло не отразиться на настроениях интеллигенции, прогрессивной молодежи. В 1904 году, наряду с другими царскими указами, был издан «Декрет о свободе вероисповедания», согласно которому граждане Российской империи, перешедшие в другую веру, могли официально вернуться к своей религии. Сыновья Векиловых были охвачены идеей просветительства азербайджанского народа. Переход в мусульманство облегчил бы им доступ в среду единоверцев. Обеспокоенные родители отговаривали их от такого решения, убеждая отложить этот, официально разрешенный, но не одобряемый в обществе шаг. по крайней мере, до получения высшего образования. Терзаемая мучительными сомнениями Елена Ефимовна решила обратиться за советом ко Льву Николаевичу Толстому. 2 марта 1909 года она написала письмо в Ясную Поляну с просьбой о совете ее сыновьям в сложном вопросе выбора религии. Ответное письмо не замедлило себя ждать. «Частный случай Векиловых» к тому же дал повод к рассуждению писателя о религиях и их будущем в истинно ТОЛСТОВСКОМ идеальном духе.

Окрыленные моральной поддержкой Толстого и при содействии Муфтия Закавказья сыновья Векиловых приняли мусульманство. Старший брат был наречен Фарисом, младший Глеб стал носить имя Галеб. Став инженером, Фарис работал в Петербурге и был активным членом землячества азербайджанцев. Галеб окончил Московское кадетское училище, воевал на фронтах Первой мировой войны, получил звание полковника. С началом революции многие азербайджанцы-офицеры вернулись на родину...
Это было сложное время... Образованной в 1918 году на принципах либерально-буржуазной идеологии, первой на мусульманском Востоке демократической республике создать боеспособную армию не удалось. К апрелю 1920 года армия дашна¬ков стояла уже в 100 км от Баку. Перед реальной угрозой вторжения национально-буржуазное правительство Азербайджана приняло драматичное для себя решение - обратиться за помощью к большевистской России. 28 апреля 1920 года XI Красная Армия под руководством С.М.Кирова без единого выстрела вошла в Баку и установила Советскую власть на всей освобожденной ею территории Азербайджана. Обращение к бывшим царским генералам и офицерам принять участие в укреплении Красной Армии было воспринято с пониманием. Однако неожиданно, 16 июля 1920 года ночью к дому, в котором жили военные, подъехал грузовик с солдатами. Угрожая оружием, вывели находившихся дома генералов и офицеров, погрузили в грузовик и повезли на остров Наргин. Там глубокой ночью были расстреляны 13 арестованных. Через несколько дней их родственникам выдали справки, из которых следовало, что эти люди расстреляны по ошибке."

Открывается кровавая история 20-х годов.

Военная история Азербайджана.

"В советское время более-менее народ знал только двух азербайджанских генералов: Али ага Шихлинского и Самед бека Мехмандарова. Повторюсь - более или менее. Но мне в результате 30-летних поисков удалось установить имена 69 генералов-азербайджанцев, служивших до 1920 года, то есть до полной советизации Азербайджана. Восстановлены полные военные биографии всех, найдены фотографии. К сожалению, пока не могу найти фотографию генерала Агаси хана Авшара. Отмечу, что 21 генерал получили это звание при правительстве Азербайджанской Демократической Республики (1918-20 гг.). Например, Джавад бек Шихлинский, братья Магомед Мирза Каджар, Фейзулла Мирза Каджар, Сулейман бек Эфендиев и другие. Остальные носили генеральские лампасы, проходя службу в Российской империи.

Катастрофой для азербайджанского воинства стала советизация 1920 года. В результате большевистского террора в 1920-30 гг. почти поголовно было уничтожено азербайджанское офицерство. Эту черную страницу в истории нашего народа я попытался описать в книге "Расстрелянные азербайджанские генералы". Пусть никого не смущает название. Речь идет не только о генералах. Для меня важен каждый офицер своим беспримерным героизмом и мужеством, славивший азербайджанский народ за пределами республики."

И ещё про род Векиловых - Из рода газахских агаларов:
"Начну с первого, чем меня буквально поразил Мансур Фахриевич, рассказав не только о том, что один из его предков был награжден грамотой российского императора, но и сообщив, что документ этот хранится у него, и он вот прямо сейчас мне его покажет. С волнением принимаю из его рук истертый по краям лист желтоватой плотной бумаги, на которой черным по белому написано: «Божию милостью мы, Александр I, Император и Самодержец Всероссийский...».
Из дальнейшего следует, что грамота эта выдана «за храбрость, верность и преданность народа Газаха престолу при нашествии на границы наши в 1809 году персидских войск», за что ему выражается «монаршее благоволение». Далее следует дата: 7 мая 1810 года и личная подпись императора. Итак, в руках у меня документ, которому ровно двести лет!
Как известно, род Векиловых пошел от газахских агаларов, документ же этот адресован «газахскому народу». Кому именно из его предков была вручена сия грамота, Мансур Фахриевич точно не знает. По всей видимости, это был дед одного из его ближайших родственников — Ибрагима аги Векилова, у которого она хранилась. Он передал ее своему сыну, тот — своему, пока и не попала она уже к моему собеседнику. "